Рубрики Приложения О журнале Главная Разделы Контакты
Архив номеров
Наши партнеры
 

Мировая история военно-патриотического образования уходит своими корнями вглубь веков. Еще в Древнем мире предпринимались усилия для накопления и передачи опыта и тра¬диций вооруженной защиты своих интересов подрастающему поколению.

Исторический опыт военно-патриотического воспитания и подготовки молодежи к военной службе в зарубежных странах

Мировая история военно-патриотического образования уходит своими корнями вглубь веков. Еще в Древнем мире предпринимались усилия для накопления и передачи опыта и тра­диций вооруженной защиты своих интересов подрастающему поколению.

       Особенности развития цивилизаций Древ­него мира, различия религии, обычаев и тради­ций, разнообразие этнических, экономических и социокультурных факторов закономерно по­рождали своеобразие подходов к подготовке подрастающего поколения к воинской службе.

       Вместе с тем в эпоху древних цивилизаций, несмотря на различия, воинское воспитание об­ладало рядом общих признаков, которые выра­жались в жестких социальных регуляторах, обя­занностях и даже в зависимости подрастающего поколения от установленных норм и требова­ний, продиктованных существующей идеоло­гией и религией. На протяжении тысячелетий выстраивалась и последовательно совершен­ствовалась система военно-патриотического об­разования подрастающего поколения.

       Ее содержание и направленность опре­делялись весьма высокими, даже жесткими требованиями общества и государства к не­обходимости выполнения гражданского и во­инского долга по защите собственных нацио­нальных интересов. Важно отметить, что эти требования вполне органично вписывались в систему основных принципов и норм ранней европейской демократии, активно развиваю­щегося правового государства, которые взрос­ли и реализовались в своих классических фор­мах в Древней Греции и в Древнем Риме. Идея служения отечеству, готовности с оружием в руках выступить па защиту независимости и территориальной целостности парода, государ­ства позиционировалось не только в качестве высших и непререкаемых ценностей, по и как важнейшее условие существования и развития граждан, их постоянного образа жизни.

       По существу уже в то далекое время принцип обеспечения национальной безопасности посред­ством формирования с раннего детского возраста готовности к вооруженной защите своего отече­ства был в полной мере реализован на практике. Яркая драматичная и насыщенная многочислен­ными событиями, фактами и примерами военная история Древнего Глипта, Персии, Греции, Маке­донии, Рима и некоторых других народов и госу­дарств — убедительнейшее тому подтверждение.

Это подтверждается результатами исследо­ваний, полученных авторами, согласно которым определяющим структурным компонентом го­товности молодежи к военной службе является ее мировоззренческая направленность и система высших духовно-нравственных ценностей. Такая точка зрения переплетается с основными положе­ниями требований подготовки эфебов в Афинах и Спарте.

       Афинская эфебия представляет собой удиви­тельнейшее явление в истории мировой цивили­зации. После того как она просуществовала около полутысячи лет, о ней забыли на 15 веков.

       В конце XIX — начале XX века опыт афин­ской эфебии нашел свою новую жизнь в много­численных эфебских обществах, которые начали возникать на территории США, в бойскаутском движении, а также в других организациях, кото­рые ставили своей целью подготовку молодежи к исполнению ею своего гражданского долга в духе приоритета нравственных ценностей, демократи­ческих идеалов, милосердия, добра, справедливо­сти, дружбы и товарищества.

       Наибольшего внимания заслуживает опыт именно афинской эфебии, так как между спартан­ской и афинской эфебиями существовала прин­ципиальная разница, которую очень хорошо по­нимали уже древние авторы.

   Об этом интересно сказано у Лукиана в ею всемирно известном труде «Анахарсис, или об упражнении тела». Об афинской системе подго­товки молодежи он пишет: «...более всего мы стараемся, чтобы граждане были прекрасны душою и сильны телом: ибо именно такие люди хорошо живут вместе в мирное время и во время войны спасают государство и охраняют его свободу и счастье». Для того чтобы достичь первой пели -быть прекрасными душой, афинские юноши с дет­ства изучали произведения Гомера, Гее и ода, зна­комились с философскими трудами Сократа, Аристотеля, Платона, бесплатно посещали теа­тральные представления. Чтобы достичь второй цели — быть сильными телом, афинские юноши занимались разнообразными гимнастическими упражнениями, как общеукрепляющего, так и прикладного характера.

       Что же касается спартанцев, то вся система подготовки детей и юноdшей к выполнению граж­данского долга, завершающей частью которой являлось обучение в эфебии, была построена на основе поразительных по своей жестокости прие­мов, полностью исключая общекультурное разви­тие. Конкретные примеры жестокости спартанцев по отношению к своим детям и юношам стали об­щим местом в истории мировой культуры.

       Система спартанского военно-патрио­тического образования имела целью выработать из каждого спартанца воина. Главное внимание спартанцы обращали па развитие физической силы, выносливости и смелости. Физическая сила, бесстрашие и ловкость в Спарте пенились очень высоко. Меньше внимания уделялось вы­работке культурных навыков, хотя каждый спар­танец должен был уметь читать и писать. С 7 до 20 лет спартанец проходил обучение, после чего становился полноправным гражданином. Школь­ное образование было рассчитано на то, чтобы выработать презрение к роскоши, послушание, выносливость, физическую силу и смелость. Подростки воспитывались в суровых условиях: их часто заставляли голодать, переносить лишения и нередко наказывали. Большая часть времени отводилась упражнениям в беге, борьбе, метанию копья и диска. Много внимания уделялось во­енным играм. Музыка, пение, танцы были также направлены на воспитание качеств, необходимых воинам. Воинственная музыка должна была воз­буждать мужество: тайны изображали отдельные моменты боя. В своих песнях спартанцы про­славляли храбрых воинов и порицали трусов. Все спартанцы считались военнообязанными с 20 до 60 лет и распределялись по возрастным и терри­ториальным группам.

       Разница в системе подготовки афинских и спартанских юношей к военной и гражданской службе определялась множеством факторов, сре­ди которых ведущим был политический. Спарта, по существу, была авторитарно-тоталитарным государством, в то время как Афины - первый и великий образец демократии в истории человече­ского общества.

       Поэтому в афинской эфебии реализовалась первая в мире система всесторонней подготовки юношей к защите отечества, опыт которой беспре­цедентен но своей значимости.

       Главное условие победы афинских воинов над многократно превосходящими их персидски­ми войсками заключалось в том, что афиняне за­щищали идеалы демократии, личную свободу, руководствуясь в своем поведении идеями па­триотизма и гражданской ответственности. Эта мысль ярко прослеживается, например, в класси­ческой трагедии Эсхила «Персы». Автор трагедии сам принимал участие в битвах при Марафоне и Саламине, поэтому его свидетельства общенарод­ного подъема граждан, сражавшихся за свободу, за дедовские могилы, за жен и детей, особенно поучительны и интересны .

       Молодой грек к 18 годам был хорошо подго­товлен в общеобразовательной, гимнастической и музыкальной школах. Он умел читать, писать, знал наизусть поэмы Гомера и Гесиода, хорошо плавал, владел основными приемами борьбы, бокса, панкратиона (синтез борьбы и бокса, при­кладной вид подготовки греческих воинов), имел достаточно развитое мышление благодаря обяза­тельному изучению философии.

       Для зачисления в эфебию юноше надо было пройти сложную процедуру, подробно описывае­мую у Аристотеля в работе «Афинская политая» . И только тогда для него начинался первый год из двухгодичного цикла подготовки эфебов к во­енной и гражданской службе.

       Цикл подготовки включал разнообразные интенсивные гимнастические тренировки и воен­ные упражнения с боевым оружием. Кроме того, юноши большое внимание уделяли (что было обя­зательной частью их подготовки) театральным ре­петициям, углубленно изучали философию.

       В конце первого года обучения эфебы демон­стрировали навыки и умения в военной тематике и технике владения оружием перед гражданами Афин в государственном театре. После этого, в конце представления, каждому эфебу выдавались копье и шит. Они давали клятву верности, которая начиналась с обещания: «Я не опозорю моего свя­щенного оружия и не покину моего друга, где бы я ни находился...». Выданное государством оружие почиталось священным и бросит его в бою было равносильно дезертирству.

       Идея гражданской ответственности опреде­ляется системой отношений эфеба к своим това­рищам, к оружию, которое он получил, к богам своих предков, к священной земле своего отече­ства. Гражданская ответственность определяется сложными структурами самосознания. Юноша-эфеб готов подчиняться правящим представите­лям государства, которые управляют с мудростью, но, безусловно, в любой ситуации готов сражаться со всяким, кто посягнет на законы и границы госу­дарства.

       Эти устремления определяют осуждение таких проявлений, как кичливость, похваль­ба, надменность. В противоположное этому юношам-эфебам присущи благочестие, почитание справедливости, ненависть к высокомерности и непричастность к позорным речам. Их слава - в делах, а не в громких словах. Свою главную жиз­ненную цель они видят в служении идеалам до­бра, справедливости, гуманизма.

       Для афинского юноши-эфеба смерть предпо­чтительнее измены высшим ценностям афинского общества. Высшие морально-политические чув­ства снимают простейшие биологические эмоции. Понятие «родина или смерть» для него не просто патетическая конструкция, а императив, опреде­ляющий всю его жизнь.

       Система ценностей, идеалов и высших морально-политических чувств, воплощена в афинской эфебской клятве, эпосе, драматических произведениях. На вопрос: во имя чего он готов отдать свою жизнь в борьбе с захватчиками -юноша-афинянин мог бы ответить: во имя любви к своей родине, во имя демократических идеалов государства, во имя моей личной свободы, исходя из понимания моей личной гражданской ответ­ственности за судьбу отечества.

       Подготовка юношей в эфебии к защите отече­ства, строившаяся на основе принципа калокагатии, то есть всестороннего гармоничного развития духа и тела, формировала личность патриота и гражданина, верного идеалам демократии, личной свободы и ответственности, умеющего сражаться в самых сложных условиях, готового отдать свою жизнь за свободу и родину своих предков.

       Для афинского юноши эфеб и я была завер­шающим этапом его образования и воспитания. Молодые афиняне приходили в эфебию уже хо­рошо подготовленные в мусических и гимнасти­ческих школах: знали наизусть поэмы Гомера и Гесиода, изучали философию, умели плавать, занимались гимнастическими упражнениями, борьбой, боксом.

       Личностно-характерологические черты, фор­мируемые у эфебов, - их благородство, граждан­ская ответственность, самостоятельность, муже­ство и др. - являются той нормативной моделью, которая навсегда вошла в сокровищницу чело­веческой культуры. Трудно переоценить значи­мость эфебской клятвы, которую можно сравнить только с клятвой Гиппократа. Разнообразные физические упражнения, которыми занимались эфебы, являются оптимальной моделью разви­тия важнейших качеств для будущего защитника отечества.

       В Древнем Риме военную службу обязан был нести каждый гражданин. Для несения военной службы в полевой армии отбирались люди в воз­расте от 17 до 45 лет. От военной службы осво­бождались только те лица, которые участвовали в 20 военных походах при службе в пехоте или в 10 военных походах при службе в коннице. Римская армия была сильна своей выучкой. Ее система воспитания и подготовки воинов создала, по сло­вам Энгельса, победителей древнего мира.

 «...мы всегда выигрывали тем, что умели искусно выбирать новобранцев, учить их, так сказать, законам оружия, закалять ежедневным упражнением, предварительно предвидеть во время упражнений в течение лагерной жизни все то, что может случиться в строю и во время сра­жения, и, наконец, сурово наказывать бездель­ников», - свидетельствовал военный теоретик Древнего Рима Вегеций. Развивая свои мысли о характере и особенностях военной подготов­ки будущих легионеров, он писал: «Теперь по­смотрим, какого возраста надо набирать воинов. Действительно, если надо сохранит древний обычай, то всякий хорошо знает, что к набору надо привлекать людей в начале их возмужало­сти; не только скорее, но и лучше усваивается то, что изучают с юных лет. Затем, военную подвиж­ность и ловкость, умение прыгать и бегать надо развить раньше, чем тело с возрастом станет вя­лым. Подвижность — это то, что после пройден­ного ряда упражнений делает бойца энергичным. Поэтому выбирать надо юношей, как говорит и Саллюстий: «Молодежь, выносливая на войне, в трудах лагерной жизни училась военному делу» . Ведь лучше, чтобы юноша, пройдя курс обуче­ния, мог сожалеть о том, что он еще не достиг возраста, нужного для бойца, чем скорбеть о том, что это время прошло».

       В Западной Европе с точки зрения развития военно-патриотического воспитания в период го­сподства феодализма заслуживают некоторого внимания три имени: Робан Мавр - архиепископ Майнский (в IX в) в.). Эгидий Роман или Колумб - кардинал и архиепископ Буржа (1247 – 1316 гг.) и Христиана де Пизан - дочь итальянского врача и придворного астролога французского короля (XIV в.).

       Робан Мавр в своем приложении о душе че­ловека главное внимание обращает на вопросы физических качеств воина и его физического вос­питания.

 Эгидий Роман отмечает, что воин дол­жен обладать честолюбием, изобретательностью, мудростью и хитростью, и эти качества необходимо, прежде всего, воспитывать у юношей знатного рода.

       Христиана де Пизан требовала, чтобы юноше­ство воспитывалось в военном духе, но дворян, по ее мнению, надо обучать рыцарскому искусству, а простой народ следует учить только стрельбе из лука и метанию камней.

       Видный государственный и политический деятель Италии Никколо Макиавелли (1469 – 1527 гг.), которого Энгельс характеризовал как первого, достойного упоминания, военного писа­теля нового времени, в трактате «О военном ис­кусстве» писал: «Особенное внимание надо об­ращать на нравственные качества: солдат должен быть честен и совестлив» . Ловкость и сила так­же являются необходимыми качествами солдата. Воспитание имеет весьма большое значение, так как «природа редко рождает храбрецов. Они во множестве создаются трудом и воспитанием».

       Эпоха возрождения и реформации (конец XIV - начало XVI вв.) оказала мощное воз­действие на всю идеологию и систему военно-патриотического воспитания подрастающего по­коления. Философско-педагогические взгляды и учения европейского Возрождения, его педа­гогическая триада (классическое образование, физическое развитие, гражданское воспитание) качественно изменили смысл и содержание военно-патриотического воспитания подрастаю­щего поколения.

       Новизна ренессансных подходов к решению задач военно-патриотического воспитания выра­жалась в обновлении идеала духовного и физи­ческого развития личности, способной на само­стоятельные и общественно-полезные действия; побуждении и развитии у подрастающего поко­ления национального самосознания; актуализа­ции идеи и опыта военного искусства Римской империи; усилении внимания к идеям независи­мости и пробуждения чувства единства этноса; критике христианского аскетизма и недостатков рыцарского воспитания и т.д.

       В преддверии Нового времени в сфере военно-патриотического воспитания постепенно происходит переход от религиозной к светской системе. Главная цель военно-патриотического воспитания определялась как обеспечение подго­товки к жизни в обществе в соответствии с теми установками и ценностями, которое оно декла­рировало. Формировались основы воспитания патриотов, людей, готовых и способных с честью и достоинством исполнять обязанности военной службы.

       Буржуазные революции XVI - XVIII вв. уни­чтожили феодальные порядки с их сословными перегородками, было упразднено и крепостниче­ство. Все это явилось социальной предпосылкой для введения нового способа комплектования армий и военно-морских флотов - всеобщей во­инской повинности, следствием которой стали постоянный рост численности вооруженных сил и появление на театрах войны массовых армий, насчитывающих сотни тысяч людей.

       На основе бурного развития промышленно­сти совершенствовалось производство оружия, создавались образцы новой военной техники, для применения которых требовался довольно высокий культурный уровень солдата и матроса. Нужны были образованные офицеры и генера­лы, способные умело, по правилам военного ис­кусства использовать силы и средства массовых армий.

       В этих условиях патриотизм личного соста­ва национальной армии и военно-морского фло­та являлся важной движущей силой, определяю­щей особенности воспитания и обучения войск, их моральные качества и боеспособность.

       При Наполеоне I, когда Франция вела вой­ны и необходимо было пополнять армию воина­ми, главной задачей школы официально счита­лась подготовка солдат и служащих, преданных императору. С 1802 года создавались 6 - летние лицеи - государственные, мужские средние учебные заведения, предназначенные для обуче­ния и воспитания будущих офицеров и чиновни­ков. В эпоху Нового времени, времени бес конеч­ных войн за передел мира, ученые призывали к военно-патриотическому воспитанию подраста­ющего поколения. К. А. Гельвеций говорил о все­могуществе военно-патриотического воспитания и его идеалом считал человека, преисполненного гражданских добродетелей, патриота, готового на жертвы ради общего дела.

       Военная подготовка юношества в Англии, имеет длинную историю. Еще Генрих VIII (1507 - 1547) издал повеление, чтобы каждый отец семейства обучал своих детей, начиная с 7 - летнего возраста, стрельбе из лука и метанию дротика, так как он, король, усмотрел, что этого рода искусство стоит в английском войске не па должной высоте.

       Однако во всей широте вопрос о военизации юношества встал лишь во второй половине XIX в. и особенно в начале XX в. Известно, что Ан­глия, имея 15 виду интересы своей обширной тор­говли и сохранение владычества над заморскими колониями, гораздо больше заботилась о разви­тии флота, чем сухопутных сил. Однако исто­рический ход развития европейских и мировых экономических взаимоотношений все глубже втягивал Англию в самую гущу «вооруженной политики», которую, очевидно, нельзя вести при помощи одного только наемного войска. Впро­чем, и для наемной армии при коротком сроке службы нужен был соответственно подготовлен­ный человеческий материал.

       Все эти соображения и привели к мысли о широкой военизации молодежи вневойсковым путем, т. е. к тому средству, которое было уже ис­пытано в средневековой Англии, а в повое время дало такие показательные результаты г, Герма­нии накануне Мировой войны (в действующую армию вступило около 1 млн. молодежи, полу­чившей предварительную военную подготовку в бойскаутских организациях).

 Уже к концу Крымской кампании (1853 – 1856 гг.) молодые люди «хороших фами­лий», воспитанники средних и высших школ, проходили военное обучение иод названием «ка­дет». С каждой повой войной движение в пользу милитаризации молодежи усиливалась. Поеме оккупации Египта (1882 г.) возникли «юноше­ские бригады» (The Boys Brigades) и другие ана­логичные формирования, после Суданской экс­педиции — городские и сельские батальоны (The Lads Drill Association, The Church Lads Brigades) позднее детские стрелковые кружки (Miniature Rifle Clubs), а после англо-бурской войны (1889 – 1902 гг.) - бойскауты и др.

       В предвидении вооруженного столкновения с Германией английские политические деятели по­старались обеспечить за государством влияние на все эти организации. Они официально признали наиболее значительные из объединений милита­ризованной молодежи, начали оказывать им мо­ральную и материальную поддержку, сохранив за собой право наблюдения и вмешательства в дела этих объединений, главным образом, «Корпуса подготовки офицеров» (Offiсегs Тгаining Согрs) и «Корпуса кадет» (Саdets Согрs).

       Общее руководство движением взяли на себя такие люди, как лорд Розберри, лорд Робертес, ге­нерал Китченер и др.

       Первые организации бойскаутов («юных раз­ведчиков») возникли в английских колониях. Во время англо-бурской войны коменданту крепо­сти Мэфкинг Баден-Пауэлю пришла мысль ис­пользовать детей для вспомогательной службы по обороне осажденной крепости, в которой не хва­тало взрослых защитников. Эксперимент удался. Дети, в силу врожденной любви к приключениям, необыкновенным происшествиям и подражанию старшим, с большой охотой и усердием выполня­ли обязанности вестовых, посыльных, часовых, разведчиков, подносчиков патронов и пр.

       Баден - Пауэль, вернувшись в Англию, ре­шил расширить свой опыт, и вскоре вся страна покрылась сетью бойскаутских кружков. По вы­ражению одного журналиста, «английская моло­дежь бросилась навстречу этому движению, как утята в воду». Аналогичные организации возник­ли почти одновременно во Франции, Голландии, Бельгии, Швейцарии, Швеции, США, Австра­лии, даже у нас, в России — отчасти в форме пря­мых бойскаутских отрядов, отчасти в виде так называемых «потешных» (своеобразное исполь­зование идей Баден - Пауэля).

       Бойскаутизм, по словам его основателя, имеет в виду главным образом защиту отечества. «Мир не будет обеспечен, пока мы не докажем, что всегда вполне готовы к защите отечества и что в случае войны, если неприятель попытается вторгнуться в нашу страну, он наткнется на силь­ный отпор и будет встречен нашими штыками и меткими пулями» .

       В бойскауте стремятся развить как полезные в военном деле навыки, так и специфические ка­чества характера. Средства на содержание орга­низации бойскаутов составляются из членских взносов и, главным образом, пожертвований.

       Собственно военная подготовка скаутов со­стоит в совершении походных маршей, упражне­ниях в ориентировании по карте и на местности, черчении кроки, сооружении бивачных и других простейших построек из подручного материа­ла и пр. Большое значение придается «военным играм», которые ведутся на манер «индейских».

      Важнейшую роль отводили военно-патриотическому воспитанию в эпоху Нового времени и на Востоке.

      Большое внимание военному обучению на­селения уделяли монголы-завоеватели, покорив­шие в XII - XIV вв. народы Китая, Средней Азии, Индии, Кавказа, Восточной и Центральной Ев­ропы. Обучение стрельбе из лука у монголов начиналось с трехлетнего возраста. Ребенок по­лучал маленький лук, размеры которого увели­чивались по мере его роста. Каждый монгол с младенчества учился управлять лошадью. Охота у них считалась школой войны и в ней принима­ла участие значительная часть населения, в том числе дети и женщины.

       В эпоху средневековья совершенствование военного опыта и дальнейшее развитие теорети­ческих основ воинского воспитания и обучения подтвердили значимость социальных аспектов, форм и методов подготовки подрастающего по­коления, ставших, по сути, закономерным ито­гом общественного развития раннего средневе­ковья. В этот период появилось и расширилось влияние религиозного воспитания на процесс формирования подрастающего поколения, воз­никли научные основы военно-патриотического воспитания.

       В арабских племенах большое значение в военно-патриотическом воспитании имел ислам. Ислам обещал за храбрую смерть в бою все блага в потустороннем мире, а здесь, на земле, требовал полного повиновения калифам (калиф, т. е. заме­ститель пророка, являлся духовным владыкой и светским повелителем, глашатаем божественной воли и военным вождем). «Ислам, - по утверж­дению Дельбрюка, - не религия, подобно хри­стианству, а военно-политическая организация народа».

       Высокой эффективностью отличалось воен­но-патриотическое воспитание Японии, специ­фика которого в полной мере отражала ментали­тет и своеобразные традиции многих поколений. Так, по свидетельству русского военного истори­ка А. А. Строкова «... японцу с детских лет внуша­ли, что он ради государственных идеалов должен в любое время жертвовать собой, своим личным «Я». Сильно было влияние конфуцианства — культа предков. Выступая в военный поход, офи­церы и солдаты совершали обряд погребения. Считалось священным имя героя, записанное в храме «шохонша». Призыв молодого японца в армию считался почетным для семьи. При следо­вании войск население деревни выходило им на­встречу и провожало их до следующей деревни. Семьям убитых на войне оказывались почести» .

       По свидетельству другого русскою историка А. А. Керсновского «... традиция, воспитание, весь уклад жизни их народа были направлены к раз­витию пламенной любви к родине, готовности, не задумываясь, отдать свою жизнь для ее величия. Высокий уровень народного образования делал патриотизм осмысленным, а военное обучение — легким. Система воинского воспитания была на­правлена на закаливание воли, развитие энергии, культивирование широкой инициативы» .

       В Китае, набирающем силу, в том числе в сфере военного строительства, особенно в те­чение двух последних десятилетий, военно-патриотическое воспитание возведено в ранг государственной идеологии. Создана мощ­ная и эффективно функционирующая система военно-патриотического воспитания и подго­товки молодежи к военной службе, вобравшая в себя передовой опыт советского периода, а так­же лучшие достижения других государств. Как следствие — значительное улучшение морально-психологического состояния призывного кон­тингента, возрастание уровня его готовности к выполнению воинского долга в рядах вооружен­ных сил.

 В целом, анализ богатого исторического опыта военно-патриотического воспитания и подготовки молодежи к военной службе в зару­бежных странах свидетельствует о большом вни­мании, со стороны руководства этих государств к решению данного вопроса. Исторически вос­питание подрастающего поколения в духе за­щитника своего Отечества постоянно развива­лось, совершенствовалось, отражая важнейшие процессы и события, особенно военного харак­тера в жизни народов и государств. Главным мо­тивом этой деятельности являлось обеспечение их национальной и военной безопасности, без которой невозможно успешное развитие в на­шем сложном, противоречивом и неспокойном мире, который, к сожалению, до сих пор не из­бавлен от военного насилия.

       Мы, как наследники исторических подви­гов наших отцов и дедов должна ориентиро­ваться на все лучшее, что накоплено в военно-патриотическом воспитании и подготовке к военной службе у нас в России с учетом ее новых возможностей, особенностей, интересов, а также конкретных задач, связанных с обеспе­чением национальной и военной безопасности Российской Федерации в XXI веке. Но вместе с тем необходимо учитывать и помнить существу­ющие принципы и методы воспитания молоде­жи в зарубежных странах. Только благодаря знаниям внутренней идеологии других госу­дарств можно рассчитывать на взаимопонима­ние и перспективу совместного развития.

Обсуждение Еще не было обсуждений. Просмотров: 3229, cмотревших: 1993 Список посетителей